Библейские мотивы в романе Ф.М. Достоевского "Преступление и наказание"

24.05.2014

Скачать файл

Библейские мотивы в романе Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание»

Библия принадлежит всем, атеистам и верующим равно. Это книга человечества.

Ф.М.Достоевский

Идеями христианства пронизано творчество многих выдающихся писателей. Библейскими мотивами наполнены произведения Л.Н. Толстого, Ф.М. Достоевского. Эта традиция продолжается в творчестве Булгакова, Мандельштама, Пастернака, Ахматовой, Айтматова и других писателей двадцатого века. Библейская проблематика является общечеловеческой, потому что в Библии речь идет о добре и зле, правде и лжи, о том, как жить и умирать. Недаром ее называют Книгой Книг. Романы Ф.М. Достоевского наполнены различными символами, ассоциациями и реминисценциями. Огромное место среди них занимают мотивы и образы, заимствованные из Библии. Они подчинены определенным идеям и группируются, главным образом, вокруг трех тем: эсхатология, возрождение и утопия.

Эсхатология. Действительность, окружающий его мир Достоевский воспринимал как некие пророчества из Апокалипсиса, которые уже стали или вот-вот станут реальностью. Кризисы буржуазной цивилизации писатель постоянно соотносил с апокалиптическими прогнозами, а образы из Библии переносил в видения своих героев. Раскольникову «грезилось в болезни, будто весь мир осужден в жертву какой-то страшной, неслыханной и невиданной моровой язве, идущей из глубины Азии на Европу… Появились какие-то новые трихины, существа микроскопические, вселявшиеся в тела людей. Но эти существа были духи, одаренные умом и волей. Люди, принявшие их в себя, становились тотчас же бесноватыми и сумасшедшими» Достоевский Ф.М. Собр. соч.: В 12 т. – М., 1982. – Т. V.- С. 529). Сравним с Апокалипсисом, в котором говорится, что в конце времен появится на земле армия Аваддона: «И дано ей не убивать их (людей), а только мучить пять месяцев; и мучение от нее, подобно мучению от скорпиона, когда ужалит человека» (Апок. IX, 5). Апокалиптические мотивы Достоевский использует для того, чтобы предупредить человечество: оно стоит на пороге глобальной катастрофы, Страшного суда, конца света, и виной этому – буржуазный Молох, культ насилия и наживы.

Болезнью мира, бесноватостью считал писатель пропаганду ненависти, нетерпимости и зла во имя добра. Эта мысль находит выражение и в романе «Бесы», и в романе «Преступление и наказание». Достоевский показал, что теория насилия, завладевшая умом Раскольникова, ведет к истреблению человеческого в человеке. «Я не старушонку, я себя убил!»,- с отчаянием восклицает главный герой. Писатель считает, убийство одного человека ведет к самоубийству человечества, к господству злых сил на земле, к хаосу и к смерти.

Видел ли автор пути, ведущие к оздоровлению общества, к смягчению нравов, к терпимости и милосердию? Безусловно. Залогом возрождения России он считал обращение к идее Христа.

Возрождение. Тема духовного воскрешения личности, которую Достоевский считал главной в литературе 19 века, пронизывает все его романы. Одним из ключевых эпизодов «Преступления и наказания является тот, в котором Соня Мармеладова читает Раскольникову Библейскую историю о возвращении к жизни Лазаря: «Иисус сказал ей: Я есть воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет; и всякий живущий и верующий  в меня не умрет вовек. Веришь ли сему?» (Иоанн XI, 25-26). Соня, читая эти строки, думала о Раскольникове: «И он, он тоже ослепленный и неверующий, — он тоже сейчас услышит, он тоже уверует, да, да! Сейчас же, теперь же» (V, 317). Раскольников, совершивший злодеяние, должен «уверовать» и покаяться. Это и будет его духовным очищением, образно говоря, воскресением из мертвых, дрожа и холодея, повторяла Соня строки из Евангелия: «Сказав сие, воззвал громким голосом: Лазарь! Иди вон. И вышел умерший…» (Иоанн. XI, 43-44).  Эта символическая сцена имеет символическое и художественное продолжение: в конце романа Раскольник-каторжник, покаявшись, возрождается к новой жизни, и в этом немалая роль Сониной любви: «Оба они были бледны и худы; но в этих больных и бледных лицах уже сияла заря обновленного будущего, полного воскресения в новую жизнь. Их воскресила любовь, сердце одного заключало бесконечные источники жизни для сердца другого» (V, 532).

Тема веры настойчиво звучит в романе. Она связана с образами Раскольникова и Сони Мармеладовой.  Соня верует, она живет по библейским законам любви к ближнему, самопожертвования, веры, смирения. Бог не допустит того, «чему быть невозможно». С историей жизни Сони Мармеладовой типологически связана притча о блуднице, прощенной Христом. Существует предание о том, как реагировал Христос на решение фарисеев и книжников наказать в храме женщину, виновную в прелюбодеянии: «Кто из вас без греха, первый брось в нее камень». Вспомним слова отца Сони: «Прощаются и теперь грехи твои мнози, за то, что возлюбила много…» И простит мою Соню, я уж знаю, что простит…» (V, 25). Любопытна такая деталь: евангельская Мария Магдалина жила неподалеку от города Капернаума, который посетил Христос; Соня снимает квартиру у Капернаумовых. Именно здесь она читала легенду о воскресении Лазаря.

Раскольников обращается к Евангелию и должен, по мысли Достоевского, найти там ответы на мучающие его вопросы, должен постепенно переродиться, перейти в новую для него действительность, но это, как писал автор, уже история нового рассказа. А в романе «Преступление и наказание» на главном герое, отошедшем от веры, от библейских заповедей, лежит печать Каина, также библейского персонажа.

Библейская история о первом убийце и о его наказании соотносится с преступлением и наказанием Раскольникова. В библии Господь после убийства спрашивает Каина о брате: «И сказал Господь Каину: где Авель, брат твой?» В чем смысл этого вопроса? Очевидно, за преступлением Каина следовало не наказание, а призыв к покаянию, потому что «Бог не хочет смерти грешника, но – чтобы обратиться ему и быть живу». Каин еще  ничем не наказан, но его состояние таково же, как и перед убийством, — помрачнение ума, ибо только безумием можно объяснить, что, отвечая всеведущему Богу, Каин лжет: «Не знаю; разве я сторож брату моему?» От Бога – призыв к покаянию, от человека – безумное его отвержение.

Достоевский показывает, что помрачнение ума – непременное условие преступления и сохраняется по его совершении. Так, сознание Раскольникова в деталях, фрагментах, в отдельных истинах отчетливое и верное, но в целом это  сознание болезненное. Задумав убийство, герой решил, что «рассудок и воля останутся при нем, неотъемлемо, единственно по той причине, что задуманное им – не преступление». Когда же он очнулся после преступления у себя в каморке, «вдруг в один миг все припомнил! В первое мгновение он думал, что  с ума сойдет». Он припомнил, что после преступления не скрыл очевидных улик (не запер дверь на крючок, оставил следы крови на платье, кошелек и деньги не спрятал). Все его дальнейшие попытки замести следы носят оттенок безумия, «даже память, даже простое соображение оставляют его…ум помрачен» Он признается себе «Подлинно разум меня оставляет!» (ч.2, гл.1)

Для Раскольникова призыв к покаянию звучит в событиях его жизни: он получает весть – повестку из полиции с требованием явиться. Две мысли борются в нем. Первая мысль – скрыть улики, вторая – пусть уличат. Раскольников готов был открыться. Но его никто не вынуждает признаваться. По мысли автора, от него требуется покаяние, акт свободной воли и перемены мысли. Раскольников совершил идейное преступление, обдуманное, человек требует свое «право на кровь», и покаяние его не могло быть болезненным порывом, оно должно быть обдуманным, действительной переменой мыслей. Поэтому в ходе сюжетного повествования порыв Раскольникова сознаться останавливается: полицейские «вдруг» при нем начинают обсуждать вчерашнее.

Раскольникова ожидает не только болезнь, но и наказание. Наказание мы часто воспринимаем как кару, возмездие, мучительство… Не так у Бога. «Наказание» — это «указание на» что-то, а так же это наказ, что делать, что не делать. При этом тебе что-то «сказано»: открыто явно, теперь ты можешь делать это или нет. И даже когда ты преступил «наказанное», «наказание» остается с тобой как акт милосердия Божьего.  Об этом читаем в Библии: как Каин выпросил у Бога себе наказание – каинову печать.  «И сказал (Господь Каину): что ты делал? Голос крови брата твоего вопиет ко мне от земли. И ныне проклят ты от земли, которая отвергла уста свои принять кровь брата твоего от руки твоей. Когда ты будешь возделывать землю, она не станет более давать силы для тебя; ты будешь стенающим и трясущимся на земле».

Каин – первый из людей, кто был проклят. Но никто Каина не проклинал… Господь не проклинает никогда никого… Каин был проклят от земли, он стал «стенающим и трясущимся на земле». В древнем еврейском языке одним словом обозначены «наказание» и «грех»: грех и есть наказание для преступника. Каин оказался вне мира Божьего. Господь не гонит Каина от себя, но Каин не понимает этого: «И сказал Каин Господу: наказание мое больше чем снести можно. Вот, ты теперь сгоняешь меня с лица земли, и от лица Твоего я скроюсь, и буду изгнанником и скитальцем на земле…» Каин бежит от Бога. Ему никто не хочет мстить. За ним никто не гонится. Но, как сказано в Священном Писании «нечестивый бежит, когда никто не гонится (за ним)». Каин сам скрывается от лица Господня, боится же он одного – быть убитым. И Господь дает первому убийце защиту, которая станет его «наказанием».  «И сказал ему Господь: за то всякому, кто убьет Каина, отмстится всемеро. И сделал Господь Каину знамение, чтобы никто, встретившись с ним, не убил его. И пошел Каин от лица Господня… И построил он город; и назвал город по имени сына своего».

«Знамение», которое дал Господь первому убийце по его просьбе, охраняет убийцу от другого наказания, кроме изгнанничества и одиночества. Тема каиновой печати становится доминирующей в наказании Раскольникова. Его наказывают не столько муки совести, сколько двузначная печать Каина: Раскольников совершенно охранен от преследования и отлучен от общества людей. Только три человека видят эту печать на нем: следователь Порфирий Петрович (уверенный в преступлении Раскольникова, он оставляет его до времени «погулять»); Соня (она тоже преступница, и к ней раскольников пытается пробиться из своего жуткого одиночества) и Свидригайлов («Мы одного с вами поля ягоды», — говорит он при первой встрече).

Утопия. Залогом образования мира любви и справедливости Достоевский считал второе пришествие Христа. Именно этот мотив звучит в романе «Преступление и наказание». Чиновник Мармеладов убежден, что «пожалеет нас тот, кто всех пожалел и кто всех и вся понимал, он единый, он и судия». Сроки второго пришествия Христа неизвестны, но оно свершится в конце мира, когда на земле воцарятся беззаконие, войны и поклонение Сатане: «И прострет к нам руце свои, и мы припадем… и заплачем… и все поймем! Тогда все поймем! …и все поймут… Господи, да и приидет царствие твое!» Второе пришествие Христа, считал Достоевский, станет причиной сошествия на землю Нового Иерусалима. Раскольников, признавшийся в вере в Новый Иерусалим, имеет ввиду будущий социализм. В Библии Новый Иерусалим – «новая вера и новая земля», где людям «отрет Бог всякую слезу с очей, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло» (Апок. XXI, 4). Жизнь будущего видится Раскольникову: «Там была свобода  и жили другие люди, совсем не похожие на здешних, там как бы самое время остановилось, точно не прошли еще века Авраама и стад его» (V, 531). И еще одно утопическое видение является герою романа: «Ему все грезилось, и все странные такие были грезы: всего чаще представлялось ему, что он где-то в Африке, в Египте, в каком-то оазисе. Караван отдыхает, смирно лежат верблюды; кругом пальмы растут целым кругом; все обедают. Он же все пьет воду, прямо из ручья, которую тут же, у бока, течет и журчит. И прохладно так, и чудесная такая голубая вода, холодная, бежит по разноцветным камням и по такому чистому с золотистыми блесками песку…» (V, 69). Эти «видения» позволяют предположить, что Достоевскому была близка мифологическая утопия «Островов блаженных», где люди живут в полной изоляции от всего мира, не имея государства и законов, угнетающих человека.

Духовное возрождение человека через сострадательную любовь и деятельность, улучшение общества через проповедь нравственности и всеединства – такова философская концепция Достоевского. Тема конца света и времени, эсхатология, гибель мира и человека, последующее возрождение и устройство нового мира (золотого века) постоянно соприкасаются друг с другом, переплетаются, составляя единый утопический план писателя переделки Вселенной. Одним из источников этого плана (кроме русского и европейского фольклора) были мотивы, заимствованные Достоевским из Библии.

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *