Петербург Достоевского

24.05.2014

Скачать файл

Петербург Достоевского

Тема Петербурга традиционна для русской литературы. Прекрас­ный и величественный «град Петров» встает со страниц лирики А. С. Пушкина. Петербург для Пушкина — воплощение петровско­го духа, «Петра творенье», символ созидательных сил России, та­лантливости ее народа. В произведениях Н. В. Гоголя образ Петер­бурга как бы раздваивается: его великолепие отходит на второй план, отступая перед проблемами обезличивания человека. Холод­ный, равнодушный, бюрократический, он враждебен человеку и по­рождает страшные, зловещие фантазии («Петербургские повести»). Близок к Гоголю и Петербург некрасовский. Перед читателем разво­рачиваются картины страданий «униженных и обиженных» на фо­не чванливых и помпезных «парадных подъездов». В русской лите­ратуре XX века этот дивный и призрачный город воспевали поэты серебряного века: А. Блок, А. Ахматова, А. Белый.

Петербург Достоевского — это прежде всего город, связанный с тра­гическими судьбами его героев. «В атмосфере туманов этого приз­рачного города зарождаются безумные мысли, созревают замыслы преступлений, в которых преступаются границы человеческой при­роды. Все сконцентрировано и сгущено вокруг человека, «оторвав­шегося от божественных первооснов» (Н. Бердяев). Попадая в Пе­тербург Достоевского, читатель оказывается в очень необычном ду­ховном пространстве, несколько напоминающем гоголевский и не­красовский город, но еще более жестокий, фантастический и реальный одновременно. Распивочные, трактиры, трущобы, полицейские конторы, дома терпимости, закоулки, дворы-«колодцы», Сенная и Канава, убогие, темные комнаты, квартиры ростовщиков, черные лестницы, облитые помоями, — вот фон, на котором завязы­ваются конфликты и трагедии «самого петербургского» романа Ф. М. Достоевского — «Преступление и наказание».

Внутренняя драма героев романа весьма своеобразным приемом выне­сена на людные улицы и площади Петербурга. Действие постоянно перебрасывается из душных, убогих комнат в шум столичных квар­талов. Здесь отсчитывает Раскольников свои роковые 730 шагов до дома старухи-процентщицы и затем всенародно кается на Сенной площади, на улице погибает под колесами щегольской коляски Мармеладов, на мостовой истекает кровью чахоточная Катерина Ивановна, на проспекте перед каланчой сводит счеты с жизнью Свидригайлов.

«На улице жара стояла страшная, к тому же духота, толкотня, всю­ду известка…» Такой образ Петербурга заслоняет в романе

Невы державное теченье,

Береговой ее гранит,

***

И львов, и площадь, и того,

Кто неподвижно возвышался

Во мраке медною главой…

Прекрасная панорама пушкинского города почти исчезает, сменяясь картиной лишений, отчаяния, картиной страдания безнадежного и бессмысленного.

Городской пейзаж в «Преступлении и наказании» — пейзаж психологический. Он органически связан с внутренним миром героев, с их душевным состоянием. Он порождает преступный замысел Раскольникова и предопределяет его мучительную внутреннюю борьбу, его лихорадочные блуждания. В Петербурге, нарисованном в романе Достоевского, жизнь приобретает фантастические, уродливые формы. Реальное кажется подчас кошмарным видением, а бред и сон — реальностью.

Влияние города на психику Раскольникова неоднократно подчеркнуто в романе. Исследователи творчества Достоевского не раз обра­щали внимание на символику имен, чисел и цвета в романах писателя. В «Преступлении и наказании» основным цветом является желтый: в комнате Раскольникова грязные желтые обои, само лицо героя во время болезни становится желтым; в комнате Сони — желтоватые обои; в кабинете Порфирия Петровича мебель из желтого дерева, лицо следователя темно-желтое; в квартире старухи про­центщицы желтые обои, мебель из желтого дерева, картины в желтых рамках, сама старуха носит пожелтевшую кацавейку; на Пет­ровском острове ярко-желтые домики и т. д. Вообще в романе очень мало красок, и ни один цвет, кроме желтого, не повторяется много раз. Вероятно, это имеет в романе какой-то существенный символи­ческий смысл. Критик В. Кожинов сопоставляет слова «желтый» и «желчный». «Перед нами явное взаимодействие внутреннего и внешнего, мироощущения героя и мира. В этом взаимодействии и кроется тот сложный и напряженный смысл, который приобретает в романе слово желтый», — пишет В. Кожинов. Если вспомнить, что «желтый дом» означало — сумасшедший дом, то символика желтого цвета становится очевидной. Ведь недаром же Свидригайлов называет Петербург городом полусумасшедших.

Многие блуждания главного героя происходят на закате (мотив заходящего солнца). Это странная, призрачная пора, грань дня и ночи, самое болезненное время суток в Петербурге. Несоответствующей географическому расположению Петербурга описана летняя жара, которая усиливает вонь распивочных, лето не превращает столицу в «город Солнца», а только усиливает ее гнетущее воздействие на душу. Описание жары, невыносимой духоты приобретает символический смысл. Человек задыхается в этом городе. В душных, темных комнатах погибают надежды и мечты о счастье и рождаются зловещие теории, разрешающие «кровь по совести». На грани безумия оказывается Раскольников, кончает с собой Свидригайлов, сходит с ума Катерина Ивановна. Трагическое ощущение бессмысленности и враждебности жизни отличает описание Петербурга в романе «Преступление и наказание».

Петербург в «Преступлении и наказании» — город одиночества. Ни­где нет теплоты человеческого общения, домашнего уюта. Необъяснимый холод чувствует в столице Раскольников. Несчастье обитать в Петербурге ломает судьбы героев, приводит их к предельному от­чаянию. Не случайно действие романа отнесено к городу белых ночей, особенно располагающих к снам наяву. Именно сном кажется автору эта неестественная, призрачная жизнь столицы, так рази­тельно не похожая на норму человеческого бытия. Возрождение души Раскольникова немыслимо в такой обстановке, недаром совершенно иной пейзаж возникает в эпилоге романа.

 Ф. М. Достоевский считал, что большой город — дьявольское созда­ние цивилизации — имеет на душу человека пагубное влияние. Настойчиво и подробно писатель исследует в романе закоулки и грязные улицы, их мерзость и смрад, запыленный городской камень, от которого нигде нет спасения. Это неживая материя, которая подавляет, порабощает человека, задыхающегося в этих каменных бесчувственных громадах. «Город — трагическая судьба человека. Город Петербург, который так изумительно чувствовал и описывал Достоевский, есть призрак, порожденный человеком в его отщепенстве и скитальчестве» (Н. Бердяев). 

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *