Истинный и ложный патриотизм в романе Л.Н.Толстого "Война и мир"

17.05.2014

Скачать файл

Проблема истинного и ложного патриотизма в романе Л. Н. Толстого «Война и мир»

В экстремальных ситуациях, в моменты великих потрясений и глобальных перемен человек обязательно проявит себя, покажет свою внутреннюю сущность, те или иные качества своей натуры. В романе Толстого кто-то произносит громкие слова, занимается шумной деятельностью или бесполезной суетой, кто-то испытывает простое и естественное чувство «потребности жертвы и страдания при сознании общего несчастья». Первые лишь мнят себя патриотами и громко кричат о любви к Отечеству, вторые — патриоты по сути — отдают жизнь во имя общей победы или оставляют на разграбление собственное добро, лишь бы оно не досталось неприятелю.

В первом случае мы имеем дело с ложным патриотизмом, отталкивающим своей фальшью, эгоизмом и лицемерием. Так ведут себя светские вельможи на обеде в честь Багратиона: при чтении стихов о войне «все встали, чувствуя, что обед был важнее стихов». Лжепатриотическая атмосфера царит в салоне Анны Павловны Шерер, Элен Безуховой и в других петербургских салонах: «…спокойная, роскошная, озабоченная только призраками, отражениями жизни, петербургская жизнь шла по-старому; и из-за хода этой жизни надо было делать большие усилия, чтобы сознавать опасность и то трудное положение, в котором находился русский народ. "Те же были выходы, балы, тот же французский театр, те же интересы службы и интриги". Патриотизм московских аристократов заключался в том, что они вместо французских блюд ели русские щи, а за французские слова назначали штраф.

    Гневно обличает Толстой московского генерал-губернатора и главнокомандующего Московским гарнизоном графа Ростопчина, из-за своего высокомерия и трусости не сумевшего организовать пополнения для героически сражавшейся армии Кутузова. По распоряжению графа Растопчина, по Москве расклеиваются глупые «афишки», призывающие  жителей города не оставлять столицы, а затем, Растопчин, спасаясь от народного гнева, сознательно отправляет на смерть безвинного сына купца Верещагина. Подлость и предательство сочетаются с самомнением, надутостью: «Ему не только казалось, что он управлял внешними действиями жителей Москвы, но ему казалось, что он руководит их настроением посредством своих воззваний и афиш, писанных тем ерническим языком, который в своей среде презирает народ и которого он не понимает, когда слышит его сверху».

С возмущением рассказывает писатель о карьеристах — иностранных генералах типа Вольцогена. Они отдали Наполеону всю Европу и "приехали нас учить — славные учителя!"

Среди штабистов Толстой выделяет группу людей, желающих только одного: «…наибольших для себя выгод и удовольствий… Трутневое население армии». К числу таких людей относятся Несвицкий, Друбецкой, Берг, Жерков и другие.

Берг в минуту всеобщего смятения ищет случая поживиться и озабочен покупкой шифоньерочки и туалета «с аглицким секретом». Ему и в голову не приходит, что сейчас стыдно думать о шифоньерочках. Борис Друбецкой, подобно другим штабным офицерам, думает о наградах и продвижении по службе, желает «устроить себе наилучшее положение, особенно положение адъютанта при важном лице, казавшееся ему особенно заманчивым в армии». Наверное, не случайно накануне Бородинской битвы Пьер замечает на лицах офицеров это жадное возбуждение, он мысленно сравнивает его с «другим выражением воз­буждения», «которое говорило о вопросах не личных, а общих, вопросах жизни и смерти ».

О каких «других» лицах идет речь? Разумеется, это лица простых русских мужиков, одетых в солдатские шинели, для которых чувство Родины свято и неотъемлемо.

Перед Бородинским сражением ополченцы надевают белые рубахи, готовясь стоять насмерть. Защитники батареи Раевского погибают все, но никто не отступил, никто не бросил позиции. Полк князя Андрея Болконского восемь часов стоял под артиллерийским огнем, две трети солдат и офицеров погибло, но они до конца проявляли выдержку и мужество.

Живое, кровное чувство Родины заставляет солдат с немыслимой стойкостью сопротивляться врагу. Купец Ферапонтов, отдающий на разграбление свое имущество при оставлении Смоленска, тоже, безусловно, патриот. «Тащи все, ребята, не оставляй французам!» — кричит он русским солдатам. А что делает Пьер? Он отдает свои деньги, продает имение, чтобы экипировать полк. И что заставляет его, обеспеченного аристократа, идти в самое пекло Бородинской битвы? Все то же чувство обеспокоенности за судьбу своей страны, желание помочь в общем горе.

Вспомним, наконец, и тех, кто покинул Москву, не желая покориться Наполеону. Они были убеждены: «Под управлением французов нельзя было быть». Вот почему они «просто и истинно» делали «то великое дело, которое спасло Россию».

Петя Ростов рвется на фронт, потому что «Отечество в опасности». А его сестра Наташа освобождает подводы для раненых, хотя без семейного добра она останется бесприданницей.

Истинные патриоты в романе Толстого не думают о себе, они чувствуют потребность собственного вклада и даже жертвы, но не ждут за это награды, потому что несут в душе неподдельное святое чувство Родины.